Помогаем зависимым
и их семьям

ОБЪЕКТИВНАЯ ИНФОРМАЦИЯ О РЕАБИЛИТАЦИИ ЗАВИСИМЫХ ОТ АЛКОГОЛЯ И НАРКОТИКОВ


Мы свяжемся с Вами и проконсультируем,
как помочь себе и своим близким
справиться с зависимостью.

Алкоголики йога

Лечение алкоголизма. Как бросить пить.

Это удобный напиток для снятия напряжения у людей в условиях негармоничного социального устройства.

В состоянии алкогольного опьянения теряют значение социальные ограничения, появляется чувство вседозволенности. Алкоголь облегчает общение, снимает сексуальное напряжение, как, впрочем, и барьер между мужчиной и женщиной.

Но эти „прелести9ldquo; имеют значение для незрелой личности. Тому, кто уверен в себе и внутренне свободен, кто идёт по пути сердца — алкоголь не нужен.

Далеко не каждый, начав пить, становится алкоголиком. Всё зависит от предрасположенности человека и в первую очередь — особенностей его психики. Биохимические особенности лишь отражение психических.

Социальной алкогольной зависимостью страдают многие — какой праздник или встреча обходится без алкоголя.

Заниженная самооценка, склонность к саморазрушению и самообвинению, эгоизм и жалость к себе, пассивность и стремление уйти от решения жизненных задач, агрессия как способ самозащиты. Всё это я перечисляю, чтобы было понятно: лечение алкоголизма — задача не врача, а самого зависимого.

Как бросить пить? Решение проблемы — в изменении себя.

Отрицание алкогольной зависимости — это ответ на неправильно поставленный вопрос. Какая разница, алкоголик ты или нет? Как ты распоряжаешься временем своей жизни? — вот правильный вопрос.

Живёшь ли яркой, осмысленной и интересной жизнью или вся радость — в бутылке с „веселительной жидкостью“ и мучения с похмелья. Развиваешься или деградируешь?

Чтобы жить километрами,

А не квадратными метрами,

И чтоб устать от усталости,

А не от собственной старости,

И грустить об оставшихся,

О себе не грустя.

И чтоб таежные запахи,

А не комнаты затхлые,

И не жизнь в кабаках —

Рукав прожигать у костра.

Лечение алкоголизма эффективно, когда алкоголик признал наличие у него этой проблемы и принял решение бросить пить и вернуться к нормальному образу жизни. Как прийти к такому решению?

  1. Допиться до дна, понять, что дальше некуда и выбираться к свету!

Недостаток: потеря здоровья, уважения близких, можно захлебнуться, не достигнув дна.

  • Взять себя в руки и задуматься над своей жизнью.

    Зачем я живу, что хорошего в моей жизни, кроме бутылки водки?

  • Прежде, чем начать лечение, необходимо понять, что источник зависимости — в голове . Поэтому вначале учимся любить себя, все свои слабости и достоинства. Я такой, какой я есть и в этом моя ценность для Вселенной. Если бы мы были одинаковы, мир был бы скучным и однообразным. Всему своё время. Время пить ушло, пришло время развития и обретения другого опыта.

    Контроль через подавление ограничивает возможности, лишая покоя и свободы.

    Находим ценность, объединяющую обе стороны личности: жаждущую выпить и решившую «завязать». Как это будет реализовано в трезвой жизни? Учимся получать удовольствие от трезвого образа. Состояние трезвости действительно намного приятнее, чем опьянение. Цвета ярче, воздух чище и полон ароматов. Жизнь наполнена СВОБОДОЙ. Так пишут те, кто бросил пить (цитата с форума).

    Находим себе занятие по душе, свой путь сердца, работаем над собой.

    Лечение алкоголизма — это способ вашего духовного роста. Вы можете сделать его радостным, получая удовлетворение от процесса своего становления, движения к результату.

    Учимся быть самодостаточными.

    Одна из проблем — одиночество, психологическое или социальное. Принимаем. По большому счёту мы все одиноки и чем больше отличаемся от толпы, тем сильнее одиночество. И не имеет значения, алкоголь тому виной или уровень твоего духовного роста, твоё мировоззрение. Так мало людей, которые тебя поймут. Помните в «Большой перемене»: «Счастье — это когда тебя понимают!»? Лечение одиночества — самодостаточность и самовыражение.

    Подробно программа лечения алкоголизма описана в статье Лечение зависимости.

    Ещё один момент — отношение родственников к вашему освобождению от алкоголя.

    Поддержка с их стороны неоценима, но может быть и наоборот. Не всегда окружающим нравится изменение нашего поведения. Называется это созависимость — наши близкие зависят от нашего образа жизни, каким бы он ни был. Ваши изменения заставляют меняться их и не все этого хотят. Это надо понять и не обращать внимание на их возможные попытки вернуть вас в прежнее состояние.

    Вы свой выбор сделали, теперь они пусть делают свой.

    Лечение физической алкогольной зависимости актуально при выходе из запоев.

    Проблема запоя — это устранение похмельного состояния. Главное — отказаться от алкоголя для облегчения своего положения.

    Обливайтесь холодной водой целиком или хотя бы голову, пейте чистую воду, лучше минеральную, томатный сок, огуречный рассол, травяные настои из смеси трав: зверобой, мята, полынь, тысячелистник. При тошноте, рвоте — активированный уголь 5–6 таблеток, разжевать и запить водой. Мёд снимает головные боли при похмелье и облегчает общее состояние.

    Если совсем плохо — вызывайте скорую медицинскую помощь.

    Copyright © 2007-2016 by Сергей Пигарёв. Все права защищены.

    Точка невозврата: Моя мама и её алкоголизм

    Пьющий муж — это классический образ: страшный, грустный, но вполне обыденный. Пьющая женщина всё ещё воспринимается как нонсенс. В свои лучшие периоды моя мама была прекрасна. Она была невероятно витальной — и уязвимой. Очень открытой ко всему — иногда эта открытость становилась болезненной, превращалась в попытки заставить других людей тоже открываться, даже если они этого не хотели.

    На самом деле она была моей бабушкой. Моя родная мать уехала за границу, и меня вырастили бабушка и дед. Нас каким-то чудом миновала проблема безденежья девяностых, так что, если не концентрироваться на родственных связях, мою семью вполне можно было назвать благополучной. Всё время, что я себя помню, я звала бабушку мамой. В детстве я её обожала. Больше всего мне нравилось сидеть с ней на кухне, делать уроки, пока она готовила ужин и смотрела «Модный приговор» или «Суд идёт». Под её ногами вечно крутилась собака, а летом мама распахивала балкон, и тёплый ветер перебирал тонкие кремовые занавески. Эта картинка для меня — символ всего самого лучшего, что было в детстве. Каждый час мне нужно было обнять или поцеловать её, как бы проверить, всё ли в порядке, со мной ли она, не изменилось ли что-то в этой вселенной. Каждый вечер перед сном мне нужно было недолго с ней поговорить. Мне было всегда тревожно за неё, но я не знала почему.

    В юности с мамой было тяжело. Она ждала от меня той же близости, что и раньше, а мне хотелось в мир, хотелось менять его, искать людей, готовых делать это со мной. Как все подростки, я была увлечена собой и своими чувствами и не замечала, как маме становилось всё хуже. Она перестала ходить на йогу, всё меньше общалась с подругами. Мне кажется, я была для неё чем-то вроде окошка в другую реальность, не связанную со стиркой и уборкой. Мама была домохозяйкой в нашей довольно патриархальной (а скорее просто типичной советской) семье, где в двадцать один — первый ребёнок, а в сорок пять — внуки, холодец и муж. Последнему нужны ужин и эмоциональная поддержка после работы. Маме, которая в молодости гоняла на мотоцикле, летала на планерах и лишилась барабанной перепонки, потому что не хотела из-за какой-то простуды отказываться от прыжка с парашютом, было очень тесно.

    «Я хотела бы быть психологом. Вот бы пойти учиться!» — мечтала она в светлые минуты. Или: «Хочется рисовать картины. Сто лет не была в театре». «Мне обрыдла эта готовка, этот дом. Я тут как служанка для всех», — в минуты тяжёлые. Я пропустила момент, когда вместо привычных детективов и журналов по вязанию в доме стали появляться книги вроде «Как бороться с депрессией» и «Пять шагов к равновесию». Может быть, я просто боялась замечать эти знаки как просьбы о помощи. Всё приближалось к точке невозврата, и когда мне исполнилось восемнадцать, у мамы случился запой.

    Её алкогольная зависимость стала для меня шоком. Со всех сторон начали сыпаться подробности: ещё до моего появления мама хотела уйти от мужа к другому, но дед пригрозил отобрать детей, и она осталась. Начала пить.

    Однажды она вышла нетрезвой из дома, и её изнасиловали. Лежала в больнице. Потом пыталась закодироваться — в первый раз не получилось. Ходила на какие-то странные эзотерические беседы. Бросить пить она смогла, только когда дома появилась я. Вряд ли это можно назвать моей заслугой, скорее я просто была ребёнком, который остался один, искал любви и хотел, чтобы кто-то всегда был рядом. Ей хотелось того же.

    В свои восемнадцать я была не готова к этому, к другой маме, о которой я ничего не знала. Моя семья говорила о ней как о чём-то постыдном, и это обижало меня и пугало. На меня свалились старые обиды и очень много тяжёлых слов. В общем, в какой-то момент я решила, что больше не могу, взяла собаку, немного вещей и уехала жить на дачу.

    Запой длился три месяца. Мама дважды убегала из дома, один раз украла деньги. Днями лежала на кровати, отвернувшись к стене. Ночами крушила квартиру. Дед отправил её в наркодиспансер, но стало только хуже. Он пытался её «воспитывать», отнимал паспорт, запрещал выходить из дома. Тут важно сказать, что я не считаю деда виноватым в этой истории. Он был человеком своего времени, ребёнком тридцатых годов, лётчиком на военном заводе. Он рос в обществе с очень репрессивными представлениями о том, как «должен» действовать мужчина — решительно, без колебаний. Мне кажется, дед просто не знал, что делать в этой ситуации, и это незнание выводило его из себя. Ведь он привык быть твёрдым в самых экстремальных обстоятельствах: падающий самолёт, горящий двигатель, перегрузка в 15G. Эти ситуации отличались от того, с чем ему пришлось столкнуться. Верного решения не нашлось. Мама покончила с собой.

    Всё может быть иначе

    Специалисты выделяют несколько стадий алкогольной зависимости. Нередко люди превышают норму, но не имеют зависимости от алкоголя и способны прекратить пить самостоятельно. Зависимость только начинает формироваться: человеку постепенно требуется всё больше, чтобы почувствовать опьянение, и он пьёт всё чаще. На первой стадии алкогольной зависимости человек перестаёт контролировать количество употребляемого алкоголя, потому что не может остановиться. На второй стадии зависимости у человека возникает похмельный синдром: большинству людей, выпивших слишком много, наутро не хочется больше пить (как и при любом другом отравлении, нам не хочется употреблять то, из-за чего нам так плохо), но человеку с зависимостью алкоголь, наоборот, помогает почувствовать себя лучше.

    В последние двадцать лет в мире разница между числом женщин и мужчин, страдающих от алкогольной зависимости, сильно сократилась. В России можно увидеть похожие процессы: в конце восьмидесятых соотношение женщин и мужчин с алкогольной зависимостью было примерно 1:10, к началу двухтысячных оно уже составляло 1:6. При этом российская ситуация может быть связана не только с общемировыми трендами, но и с экономическими кризисами. Данные Российского мониторинга экономического положения и здоровья населения (РМЭЗ) 2005 года показывают, что в России объёмы потребления алкоголя напрямую зависят от качества жизни в том или ином регионе.

    В нашей стране до сих пор существует стереотип об особенной «женской» алкогольной зависимости: считается, что женщины находятся в особенной группе риска, а их зависимость неизлечима.

    Медики и психологи часто говорят, что женщины сильнее подвержены воздействию алкоголя из-за особенностей организма и потому что они более эмоциональны.

    Некоторые ученые считают, что с физиологической точки зрения алкоголь действительно сильнее и быстрее воздействует на женщин. Данные исследований говорят, что женщины в среднем весят меньше мужчин и в их организме содержится меньше воды — поэтому при употреблении алкоголя женщины подвержены влиянию большей концентрации токсичных веществ. Кроме того, алкоголь по-разному влияет на гормональный фон мужчин и женщин.

    Гендерная исследовательница и социолог из НИУ ВШЭ Ольга Исупова смотрит на проблему женской алкогольной зависимости немного иначе. В своей статье «ТыЖеМать: неизбежный героизм и неизбывная вина материнства» она связывает проблемы с алкоголем у женщин с гендерными стереотипами в обществе, социальным давлением со стороны семьи и окружающих. Наш нынешний «консервативный поворот», если верить Юсуповой, оборачивается не всеобщим счастьем «идеальных» семей, а депрессиями, пристрастием к алкоголю и даже насилием над детьми. Эта мысль важна ещё и потому, что алкогольная зависимость — это социальная проблема, и стереотипы о феминности и маскулинности играют здесь не последнюю роль.

    Исследования показали, что женщины с алкогольной зависимостью гораздо реже бросают пить, рассказывает Нэнси Кросс из Women for Sobriety Inc., первой в США организации, которая на некоммерческой основе помогает женщинам преодолеть алкогольную зависимость. WfS работает уже более сорока лет, и в организации убеждены, что женщинам нужна другая программа восстановления, отличная от мужской: если на уровне физиологии восстановление проходит примерно одинаково, то на эмоциональном уровне женщинам нужны другие формы поддержки. Среди сотрудников WfS нет мужчин, работа основана на взаимопомощи женщин — в группах, на закрытых форумах и по телефону доверия. Это позволяет женщинам с алкогольной зависимостью обсудить темы, актуальные для них: например, рак груди, риск которого может расти, если женщина пьёт, или опыт изнасилования — болезненные вопросы, о которых иногда получается говорить лишь с тем, кто испытал что-то подобное.

    Поддержка, даже со стороны абсолютно незнакомых людей, важна для тех, кто пытается излечиться от алкогольной зависимости. Особенно это касается женщин стигматизированных и отвергаемых обществом. Речь идёт не только о встречах в группах, но и о поддержке в интернете — здесь можно найти множество историй тех, кто бросил пить или только находится на пути к этому. Есть и известные люди, которые совершают своего рода каминг-аут, рассказывая о проблемах с алкоголем. У некоторых признание выливается в целый проект, как, например, у американской журналистки ABC News Элизабет Варгас. В 2016 году она выпустила книгу о своём опыте реабилитации «Between Breaths: A Memoir of Panic and Addiction». Это серьёзный вызов общественному мнению: считается, что проблемы с алкоголем несовместимы с «истинной» женственностью, а «стыдный» вопрос о женской алкогольной зависимости практически не обсуждается.

    На первой стадии заболевания человек может прекратить пить или сократить количество употребляемого алкоголя самостоятельно, следуя простым рекомендациям. Например, можно стараться растягивать порции алкоголя и пить медленнее, следить за количеством выпитого и обращать внимание на триггеры — ситуации и людей, которые подначивают пить больше, даже если не хочется.

    С зависимостью на более поздней стадии всё обстоит сложнее. Один из самых частых вариантов решения проблемы — обратиться в группу анонимных алкоголиков. В интернете можно найти сайт с информацией о работе таких групп в разных городах России. В моём родном подмосковном городе существует две группы АА, обе они, как и многие другие, работают на базе православных храмов. Отдельной женской группы нет, хотя они есть в Москве — одна из них, например, носит название «Девчата», её участницы тоже собираются на территории православного храма, во флигеле.

    Уклон в православие характерен для многих групп АА в России. Даже программы тех, что действуют на базе государственных наркодиспансеров, могут включать в себя чтение молитв, общение с православным священником и другие подобные мероприятия. Яркий пример — группа с библейским названием «Рехавит», собрания которой проходят в московском наркодиспансере № 9.

    Еще одна проблема в том, что эффективность групп анонимных алкоголиков неочевидна. Например, исследователь из Медицинской школы Мэрилендского университета Банкоул Джонсон утверждает, что полный отказ от алкоголя не единственный возможный способ справиться с проблемой.

    Cорвавшись, участник группы может чувствовать сильный стыд и вину и забросить попытки лечения. Не обязательно отказываться от алкоголя насовсем — можно учиться вовремя останавливаться.

    Это позволяет сделать программа «moderate drinking», то есть умеренного употребления алкоголя. Участник устанавливает себе норму, которую не должен превышать (примерную можно найти, например, здесь), и придерживается её. Некоторые участники программы ведут дневники, куда записывают, когда и сколько они выпивают.

    В ситуациях, когда человек не может сразу и полностью отказаться от употребления алкоголя, специалисты могут советовать и другой подход: минимизировать вред от употребляемого алкоголя, то есть добиться того, чтобы человек употреблял алкоголь реже и в меньших дозах. Для этого используются рецептурные препараты — блокаторы опиоидных рецепторов, благодаря которым даже если человек пьёт, он не испытывает удовольствия. Кроме того, часто при лечении алкогольной зависимости помогает психотерапия: под употреблением алкоголя нередко маскируются другие проблемы.

    Сложно помочь человеку, который не готов или не может приложить усилия для выздоровления. Я понимаю тех, кто без сожаления рвёт отношения с алкоголезависимыми, потому что в них может быть много лжи, страха, гнева, эмоционального и физического насилия. Алкогольная зависимость, как и любая другая, влияет на личность человека, его привычки.

    Тем не менее в наших силах изменить ситуацию. Первый шаг в решении проблемы — заговорить о ней. Второй — отказаться от стигматизации людей с алкогольной зависимостью, и в частности женщин. Представление о том, что с ней сталкиваются исключительно люди без образования или с низким уровнем достатка, неверно: подобные проблемы могут возникать даже в самых благополучных на первый взгляд семьях — а разница во вреде от употребления дешёвого и дорогого алкоголя состоит только в том, как на организм влияют примеси напитка.

    Сейчас ни мамы, ни деда больше нет. Я с большой благодарностью и любовью вспоминаю их, ведь они подарили мне счастливое детство. Спустя пять лет после смерти мамы — спустя годы разговоров с друзьями, психологами и лечения — я пришла к равновесию, и у меня много планов на будущее. Кроме прочего, хочется изменить отношение к проблеме женской алкогольной зависимости. Я часто думаю, что в моей истории всё могло быть иначе. Менее репрессивная модель семьи, меньше давления и больше возможностей. Больше свободы выбора. Больше путей к выздоровлению. Я уверена, что всё это необходимо, — в том числе чтобы таких историй было меньше.

    Как родить ребёнка, если один из партнёров ВИЧ-положителен

    Я многократно переживала насилие и учусь жить дальше

    Как я живу с посттравматическим синдромом

    «Безумное путешествие»: Как я родила раньше срока

    Передозировка: Как я попала в токсикологическое отделение

    Расскажите друзьям
    Личный опыт

    «В туалет можно выйти четыре раза за семестр»: Как я работаю в американской школе

    Сверх человеческих возможностей: Как я работала моделью в Китае

    «Пока не разорвётся аорта»: Как я живу с синдромом Марфана

    «Жить не хочется, а умирать страшно»: Как я борюсь с ипохондрией

    © 2017 Wonderzine. Интернет-сайт для девушек о стиле, красоте и развлечениях. Использование материалов Wonderzine разрешено только с предварительного согласия правообладателей. Все права на картинки и тексты принадлежат их авторам.

    Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.

    Напишите нам
    Напишите нам




    Меню